Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Спецпосланник Трампа по Беларуси Джон Коул прибыл в Минск на переговоры с Лукашенко
  2. Каким образом Николай Лукашенко мог одновременно учиться в Китае, служить в армии, а потом и летать с отцом в командировки — эксперт
  3. «Взрослого мужчину невозможно увести из семьи». Экспертка о том, почему в комментариях набросились на убитую беременную минчанку
  4. Посол Армении не вернется в Беларусь, пока Ереван не получит объяснений или извинений за слова Лукашенко — спикер армянского парламента
  5. «Фактически в окружении». Российская армия впервые за долгое время потерпела крупное поражение на Донбассе
  6. Служил в Иране, был против войны, создал Василя Быкова. Пять пунктов о классике, чье имя вам наскучило со школы — а зря
  7. Ребенка не пустили в развлекательный центр из-за одной подписи. Оказалось, так нельзя
  8. Кто стоит за «гусем», о котором говорил Лукашенко? Программист из Витебска, создавший чемпиона Беларуси
  9. «Надеюсь на чудо, возможно, ошибка или что-то еще». Экс-вратарь сборной Беларуси — о сыне, которого подозревают в убийстве беременной
  10. Малярша смогла за год накопить на однушку в Минске и рассказала, как это у нее получилось. От реакции комментаторов у нее был шок
  11. Неделя с максимальными шансами на обвал доллара: что произошло? Прогноз курсов валют
  12. Комитет по здравоохранению ответил минчанке, которая пожаловалась на тяжелые роды в 5-м роддоме Минска
  13. «Открытие дверей тюрем — лишь первый шаг. Нам необходима политическая амнистия». Тихановская — о визите Коула в Минск
  14. «Даже не собираюсь». Родителей школьников попросили сообщить, сколько они зарабатывают
  15. Лукашенко уволил главу милиции Витебской области
  16. Визовый центр Италии в Минске приостановил регистрацию новых заявителей в лист ожидания
  17. «Ты уже в панике не понимаешь, что делать». Что творится с арендой жилья в Минске


В суде Фрунзенского района Минска рассмотрели уголовное дело, возбужденное в отношении троих минчан, которые 11 августа прошлого года во время акции протеста сбросили деревянную дверь с балкона 11-го этажа на сотрудников милиции. Парни увидели, как силовик задерживал и избивал мужчину. Их осудили и дали два и три года колонии, сообщает лишенный регистрации правозащитный центр «Весна».

Евгений Коржель, Алексей Игнатенко, Тимофей Маженков

В обвинении сообщалось, что «в тот вечер в районе станции метро „Каменная Горка“ вспыхнули массовые беспорядки. Правоохранители с целью пресечения противоправных действий задерживали участников, которые пытались скрыться во дворах и подъездах многоэтажек. При задержании одного из нарушителей в паре метров от милиционеров с высоты упала дверь. Никто не пострадал».

Действия обвиняемых квалифицировали по статье 364 УК Беларуси (угроза применения насилия в отношении сотрудника ОВД в целях воспрепятствования его законной деятельности из мести за выполнение служебной деятельности).

Дело рассматривал судья Дмитрий Лукашевич, прокурор — Оксана Сакович.

Обвиняемые: 24-летний Евгений Коржель и 23-летние Тимофей Маженков и Алексей Игнатенко, они были задержаны 11 августа этого года. Отмечается, что Игнатенко был ранее судим по статье 147 УК Беларуси (умышленное причинение тяжкого телесного повреждения), был приговорен к трем годам «домашней химии».

Потерпевшие — два сотрудника милиция, вероятно, с измененными фамилиями. Моральный и материальный вред они не заявляли.

Что говорили обвиняемые на суде?

Во время допроса Коржель рассказывал, что они увидели, как сотрудники направились к курящему у подъезда мужчине и стали его задерживать с применением силы. На балконе 12-го этажа стояла прислоненная к стене дверь и парни решили сбросить ее.

— Очень много людей было. Мы решили, чтобы нас не задержали, уйти в безопасное место. Я предложил Евгению и Тимофею подняться на 11 этаж, где проживает моя супруга. Ребенок маленький спал, поэтому не пошли сразу к ней, чтобы не будить. С 11 этажа видели, что происходит у метро «Каменная горка». В 21.40 появилось много сотрудников. Они начали выбегать из автозаков и задерживать людей, — рассказал на суде Алексей Игнатенко.

По его словам, сотрудники, примерно 15 человек, начали забегать во дворы. В это время из второго подъезда спускался мужчина в белой майке. Сотрудники стали его избивать.

— Точно не помню, что было, но помню, что мы схватились за дверь. Мы ничего не кричали, кричали люди из соседних домов. Дверь стояла возле стены на общем балконе. Была снята, красного цвета, деревянная, не очень тяжёлая. Сбросили. Сотрудники посмотрели вверх. Мы присели на корточки. Предложил забежать в квартиру к жене. Минут 30−40 там просидели.

На суде он заявил, что это «было сделано с целью воспрепятствования законной деятельности сотрудников, так как они избивали мужчину».

Что говорили потерпевшие?

Потерпевшими по делу выступили Иванов Игорь Николаевич и Петров Иван Александрович.

Милиционеры рассказали, что 11 августа прошлого года задерживали мужчину. Словесных угроз не слышали, было шумно. Петров отметил, что когда что-то упало в метрах трех от него, то все отбежали метров 20−30. Лично он не видел, как падает дверь: только звук услышал.

Иванов рассказал, что 11 августа в районе дома №150 по улице Притыцкого собирались граждане на несанкционированные митинги. Около 21.00 милиционеры приехали туда.

— Люди нас увидели и начали убегать во дворы домов. Мы побежали за ними.

С применением силы начали задерживать одного гражданина, который стоял и выкрикивал лозунги. Иванов услышал, как сверху что-то громко упало — это была дверь, она сперва упала на подъезд, а затем на землю.

По словам потерпевшего, мужчину возле подъезда задержали.

Чем все закончилось?

В судебных прениях прокурор Оксана Сакович запросила у суда наказание для троих: Евгения Коржеля и Тимофея Маженкова приговорить к двум годам колонии общего режима, а Алексея Игнатенко — к трем годам и одному месяцу колонии общего режима.

В последних словах все обвиняемые раскаялись и признали свою вину. Просили прощения у потерпевших сотрудников милиции и своих родных за принесенные проблемы в жизни.

Судья Дмитрий Лукашевич назначил именно такое наказание, о котором просило гособвинение.