Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Ты уже в панике не понимаешь, что делать». Что творится с арендой жилья в Минске
  2. Ребенка не пустили в развлекательный центр из-за одной подписи. Оказалось, так нельзя
  3. Лукашенко уволил главу милиции Витебской области
  4. Визовый центр Италии в Минске приостановил регистрацию новых заявителей в лист ожидания
  5. «Почему вселенная вам не посылает такого мужчину?» Жена близкого к власти очень богатого бизнесмена учит женщин, как найти миллиардера
  6. Синоптики предупредили о погодной опасности в среду
  7. Неделя с максимальными шансами на обвал доллара: что произошло? Прогноз курсов валют
  8. Спецпосланник Трампа по Беларуси Джон Коул прибыл в Минск на переговоры с Лукашенко
  9. Комитет по здравоохранению ответил минчанке, которая пожаловалась на тяжелые роды в 5-м роддоме Минска
  10. Каким образом Николай Лукашенко мог одновременно учиться в Китае, служить в армии, а потом и летать с отцом в командировки — эксперт
  11. «Фактически в окружении». Российская армия впервые за долгое время потерпела крупное поражение на Донбассе
  12. Служил в Иране, был против войны, создал Василя Быкова. Пять пунктов о классике, чье имя вам наскучило со школы — а зря
  13. «Надеюсь на чудо, возможно, ошибка или что-то еще». Экс-вратарь сборной Беларуси — о сыне, которого подозревают в убийстве беременной
  14. «Даже не собираюсь». Родителей школьников попросили сообщить, сколько они зарабатывают
  15. «Открытие дверей тюрем — лишь первый шаг. Нам необходима политическая амнистия». Тихановская — о визите Коула в Минск
  16. «Взрослого мужчину невозможно увести из семьи». Экспертка о том, почему в комментариях набросились на убитую беременную минчанку
  17. Посол Армении не вернется в Беларусь, пока Ереван не получит объяснений или извинений за слова Лукашенко — спикер армянского парламента
  18. Малярша смогла за год накопить на однушку в Минске и рассказала, как это у нее получилось. От реакции комментаторов у нее был шок
  19. Кто стоит за «гусем», о котором говорил Лукашенко? Программист из Витебска, создавший чемпиона Беларуси


/

Война в Украине вступает в свою, возможно, финальную фазу, ее прекращение кажется более вероятным, чем когда-либо. Об этом в статье для The New York Times пишет старший научный сотрудник Института исследований войны и мира при Колумбийском университете Раджан Менон. Он также описывает возможные договоренности, которые должны будут гарантировать безопасность Украине.

Фото: facebook/GeneralStaff.ua
Иллюстративный снимок. Фото: facebook/GeneralStaff.ua

Эксперт отмечает, что обе противоборствующие стороны сейчас испытывают большие трудности. Так, Украина, несмотря на упорную борьбу, с лета продолжает терять позиции, ее войска измотаны боями, там не хватает людей.

У России тоже есть проблемы. Прежде всего это огромные потери в живой силе и технике, которые не могут поддерживаться бесконечно. Несмотря на то что Путин вкладывает огромные ресурсы в войну, он все еще не контролирует полностью Донецкую, Херсонскую и Запорожскую области Украины, которые вместе с Луганской остаются частью его заявленных целей, а часть Курской области остается под контролем ВСУ, отмечает автор.

Тем не менее в конечном итоге сделка будет заключена, поэтому «пришло время планировать послевоенную фазу», пишет Менон.

По мнению аналитика, существует ряд возможных сценариев гарантий безопасности Украины, учитывая тот факт, что она «продолжит соседствовать с большим и могущественным соседом, который может снова напасть».

«Основная ответственность ляжет на Европу»

Менон признает, что надежда Зеленского на членство Украины в НАТО, вероятно, останется неосуществленной. В качестве альтернативы, по его словам, могла бы стать коалиция государств, готовых гарантировать безопасность Украины. Однако проблема в том, что Украина захочет, чтобы среди гарантов были Соединенные Штаты, чтобы коалиция была подкреплена американскими войсками и оружием. В то же время Трамп, который стремится не только закончить войну, не давая никаких обещаний защитить Украину, но и сократить обязательства Америки по безопасности в Европе в целом, вряд ли подпишет какое-либо подобное соглашение, считает эксперт. По его мнению, в приоритете у Трампа и его администрации будет Азиатско-Тихоокеанский регион и противодействие Китаю.

«Более того, по простым географическим причинам безопасность Украины всегда будет иметь большее значение для европейцев, чем для американцев. Поэтому разумно ожидать сокращения американской военной роли в Европе, что потребует от европейцев как минимум нести большую часть бремени по своей обороне, возможно, даже основную ответственность за защиту Украины», — пишет Менон.

«Вооруженный нейтралитет»

Автор сразу признает, что эту модель Украина предпочтет меньше всего. Согласно ей, от России необходимо обещание не нападать на Украину, а от Украины — отказаться как от членства в НАТО, так и от размещения иностранных войск и вооружений на своей территории.

«Вооруженный нейтралитет сделает Украину более уязвимой по сравнению с другими решениями. Но он может быть наиболее достижимым результатом», — пишет Менон, обосновывая это тем, что Путин называл гарантии нейтралитета одним из условий мирного соглашения.

«Отказаться от любых ограничений»

«Украина не может полагаться на российское обещание ненападения и должна максимально повысить свою безопасность, если результатом станет вооруженный нейтралитет», — продолжает Менон.

Эксперт говорит, что Киев должен отказаться от любых ограничений на размер своей армии и вооружения — на чем Россия настаивала во время неудачных переговоров в 2022 году. А европейские страны, которые обучают войска Украины и инвестируют в ее оборонную промышленность, могут сделать на этих направлениях гораздо больше.

Украина продемонстрировала, что она грозный противник, и если ее опытная, проверенная в боях армия станет сильнее и лучше оснащена, России придется считаться с гораздо более сильным противником, пишет эксперт.

Вместе с тем он подчеркивает, что война, которая продолжается уже больше 1000 дней, унеся тысячи жизней, должна закончиться прочным миром, а не заморозкой, которая даст возможность России перегруппироваться и снова атаковать.

«Важно то, что будет потом», — подытоживает Менон.